После начала кризиса несколько раз слышал от весьма уважаемых в киноиндустрии людей высказывания вроде – как хорошо, кризис выметет из кино непрофессионалов, случайных людей. В подтексте слышится – и тогда нас, неслучайных профессионалов, будут носить на руках.

И мнится совковый идеал – пять кинематографистов могут снимать все, что хотят и как хотят. А все остальные будут снимать так, как хочет начальство. Естественно, каждому хочется видеть себя в числе этой пятерки избранных. И тогда, якобы, настанет такое блаалепие, прямо золотой век кинематографа.

Чушь.

Мы это уже проходили после войны, когда Сталин потребовал снимать в год десять картин, но чтобы каждая была шедевром. Снятые во время малокартинья «шедевры» смотреть невозможно.

Наоборот, если мы хотим, чтобы у нас было кино, в индустрию должно прийти как можно больше непрофессионалов. Как в двадцатые годы. Каждый раз, когда в кино приходили новые (непрофессиональные, левые, лишние) люди, кино расцветало.

То же самое и в театре.

Нужно не сокращать число площадок, а увеличивать. Должно быть не три театра, в которых ставят современную драматургию, а триста. Пусть в каждом из них будут в зале сидеть «мистер Элиот с супругой и мистер Джойс с супругой».

Недаром МХАТ всегда щедро разбрасывал свои лучшие силы, создавая студии, из которых вырастали враждебные театры. Идея безумная, если относиться к театру как к бизнесу, но единственно правильная, если думать об искусстве.

Продюсеры все носятся с идеей сократить число кинокомпаний, которые будут получать государственное финансирование. На самом деле нужно резко увеличить число таких кинокомпаний. Любой чувак с камерой должен иметь возможность получить две тысячи долларов на свой первый фильм))

И, конечно, должно быть не три киношколы, а тридцать.

Не три учебника по сценарному мастерству, а триста. В Америке выпущены сотни учебников для сценаристов. Сотни! А у нас Митта, Червинский и Макки. Даже Сегер есть только в сетевом переводе.

В кино и в театре должно быть как можно больше случайных людей.